Блоги


Из жизни моряков. Обед



Алексей Апальков, ведущий рубрики «Вы в каком полку служили?»: Сегодня я расскажу поделюсь историей из жизни моряков, рассказанной Игорем Аксютой…

Неслабый сколькотобалльный шторм воспринимается как-то даже эпично, когда находишься на палубе и взглядом стараешься не отстать от болтающегося горизонта. Но вот в каюте качка превращает человека в пленника какого-то взбесившего детского аттракциона. Эх, было бы окошко для ориентации, хоть маленькое, но окон нет и быть не может, ведь корабль-то ужасно военный.

Да еще этот мерзкий запах кухни, как нельзя некстати…

А наверху хорошо: ветер, соленые брызги в лицо, улетевшая в Балтийское море кепка… Романтика.

Я, вцепившись в хилые перила, почти криком беседовал с командиром нашего корабля, человеком молодым, но уже по-капитански лысеющим.

Вдали, километрах в пяти, болтался такой же кораблик, как и наш, да и боевую задачу он имел схожую: в заданное время прибыть в заданную точку далекого города на Неве.

Командир прокричал, показывая рукой вдаль:

- Это корвет «Дальнозоркий» (хотя может, назвал он его и по-другому, я уже не упомню, но не менее браво), там командиром служит мой однокашник, хороший мужик. О, у него офицеры уже обедать пошли, пора бы и нам.

Я не имел ничего против обеда, мы отправились в офицерскую кают компанию.

Продвигаясь по чреву корабля и стараясь не задевать торчащие повсюду специальные железяки для спотыкания и проламывания черепа, я вдруг задумался. Для меня, человека глубоко сухопутного, тут все было в диковинку, по началу я даже думал, что: «Гюйс», «Бак», «Балан» и «Ют» - это все фамилии матросов, а как оказалось, что только Балан было фамилией…

Но, черт возьми, как? Как с такого гигантского расстояния наш командир невооруженным глазом установил, что на «Дальнозорком» начался обед и именно офицерский?

Пришли в офицерскую кают компанию, качка тут почти не ощущалась, а может, просто море слегка стихло.

Белые скатерочки, вилочки, ножички, музычка. Чисто вкусно и уютно.

После обеда я со своей съемочной группой отправился к матросам, чтобы заснять и их нехитрую трапезу. Ни скатерочек, ни ножичков, ни даже музычки, да еще как назло и качка резко усилилась. Матросы, держа миски в руках, еле успевали ловить уезжающие по столу кружки с несладким компотом.

Вообще, незыблемые корабельные традиции времен крепостного права с непривычки сразу бросаются в глаза. Одни команды чего стоят: «Товсь!», «Выходи строиться, в рабочих платьях!». А уж туалеты и столовки (пардон, гальюны и кают компании) - это отдельная тема. «Срочному телу» под страхом смерти нельзя посетить мичманский туалет, а мичману офицерский. Так и вспоминается немецкая табличка пылившаяся на чердаке моего львовского дома: «nur für die deutschen - тільки для німців».

А тут еще эта свирепая качка, как будто сама природа ополчилась против несчастных матросиков… Но мне все никак не давала покоя загадка с офицерским обедом на далеком «Дальнозорком», я не выдержал и обратился к парням:

- Братцы, вы случайно не в курсе, что делает корабль, когда в нем офицеры идут на обед? Может флажок какой поднимают?

Матросы ловко жонглируя супом в тарелках, зло заржали, выматерились и ответили:

- Когда офицерье идет жрать, корабль меняет курс, разворачивается поперек волн, выбирает нужную скорость, чтобы стабилизаторы качки лучше работали, и тогда болтанки как не бывало. А как пожрут, то корабль опять возвращается на прежний курс, да еще и вваливает как подорванный, чтобы нагнать время. Вот тогда и нам командуют обедать. Вишь, вишь, как кружки по столу ездиют? Бывает даже, через высокий бортик перепрыгивают…