Сигарета, чашка кофе, рюмка коньяка


12.10.2018


Вот стихотворение Сергея Орлова (1921 – 1977) – точнее, первая часть «диптиха»  «В Западной Европе» (1965 – 1966). В посмертный худлитовский трехтомник поэта эти стихи не вошли, но были включены самим автором в сборник избранного, подготовленный для  серии «Поэтическая Россия» и, увы, не ставший прижизненным (М., «Советская Россия», 1978, с. 195). 

  По всем морям, материкам и кручам
  Истории грохочет колесо –
  С тяжелым хрустом, с яростью могучей –
  От прадедов к сынам стезей отцов.

  А я брожу по странам, где давно
  Все по местам расставлено, по полкам,
  Оценено, в реестры внесено,
  И новых не предвидится осколков.

  Здесь позабыли все про колесо.
  Гигантский обод на незримых спицах
  Никто не крутит. Времени лицо
  Бесстрастием и скукою томится.

  И колесо колышется, скрипя,
  Само собой не трогаясь ни с места…
  Спят в громе города, музеи спят,
  Европа с сигареткой дремлет в креслах.

  Что ей еще? Европа кофе пьет,
  Все позади – чума и баррикады,
  Концлагеря, вожди, война, народ,
  Грядущее… Ей ничего не надо.

  Немнущийся терленовый пиджак,
  Дымок над хрупкой чашечкою вьется,
  И в рюмке, как янтарь, дрожит коньяк… 
  …Что будет, если колесо качнется?

  «Колесо» вскоре качнулось  слегка – в бурном 1968-м, но  обратим внимание на другое: атрибутами западноевропейского «постисторического» сытого «застоя» выступают сигарета, чашка кофе и рюмка коньяка.  С ними Европе «ничего не надо», она довольна сегодняшним днем и даже грядущее для нее – позади, вместе с недавним страшным прошлым. 

  Впрочем, привычки и пристрастия самого лирического героя (как принято говорить) – советского фронтовика, в танке горевшего инвалида войны - тоже вполне европейские.

  В каменной, стальной глуши,
  В аэропортах столичных
  Кофе по ночам глушил,
  Сигареты жег привычно. 
  1970-е

  На фронте молодой танкист радовался «щепотке рубленой махорки», но это уже – история…

   Александр Фишман


К списку новостей