Стивен Кинг. Корпорация "Бросайте курить"


23.08.2019


Они встретились случайно в баре аэропорта Кеннеди.
  - Джимми? Джимми Маккэнн?
  Сколько воды  утекло после их последней  встречи на выставке в Атланте! С тех пор Джимми несколько располнел, но был в отличной форме.
   - Дик Моррисон?
  - Точно. Здорово выглядишь. - Они пожали руки.
  -  Ты  тоже, -  сказал  Маккэнн, но  Моррисон  знал, что это неправда. Он слишком много работал, ел и курил.
  - Кого-нибудь встречаешь, Джимми?
  - Нет. Лечу в Майами на совещание.
  - Все еще работаешь в фирме "Крэгер и Бартон"?
  - Я теперь у них вице-президент.
  - Вот это да! Поздравляю! Когда тебя назначили? - Моррисон попробовал  убедить  себя, что  желудок  у  него  схватило не от зависти.
  -  В  августе. До  этого   в  моей  жизни  произошли  большие  изменения. Это может тебя заинтересовать.
  - Разумеется, мне очень интересно.
  - Я был в поганой форме, - начал Маккэнн. - Неурядицы с женой, отец умер от инфаркта, меня  начал мучать жуткий кашель. Как-то в мой кабинет  зашел Бобби Крэгер и  энергично, как бы по-отцовски, поговорил со мной. Помнишь эти разговоры?
  -  Еще бы! -  Моррисон полтора  года проработал  у Крэгера и Бартона, а потом перешел в  агенство "Мортон". - "Или возьми себя в руки, или пошел вон".
  Маккэнн рассмеялся.
  - Ты  же знаешь. Доктор  мне сказал: "У  вас язва в  начальной стадии, бросайте  курить". С тем  же успехом он  мог сказать мне: "Бросайте дышать! "
  Моррисон  с  отвращением посмотрел на свою  сигарету и погасил ее, зная, что тут же закурит новую.
  - И ты бросил курить?
  - Бросил. Сначала даже не думал, что смогу: курил украдкой при первой возможности. Потом встретил парня, который рассказал мне про корпорацию на Сорок  шестой улице. Это настоящие специалисты.
  Терять мне было нечего - я пошел к ним. С тех пор не курю.
  - Они пичкали тебя какими-то препаратами?
  - Нет. - Маккэнн достал бумажник  и начал в нем рыться. - Вот.
  Помню, она  у  меня  где-то  завалялась. Он  положил  на стойку визитную карточку:

                       К О Р П О Р А Ц И Я
                        "БРОСАЙТЕ КУРИТЬ"
                   Остановитесь! Ваше здоровье
                     улетучивается с дымом!
                  237 Ист, Сорок шестая улица.
            Лечение по предварительной договоренности.

  - Хочешь, оставь  себе, - сказал Маккэнн. -  Они тебя вылечат. Даю гарантию.
  - Как?
  -  Не имею  права говорить   - есть  такой пункт  в контракте, который с ними подписываешь. Во  время первой беседы они тебе все расскажут. Девяносто восемь процентов их клиентов бросают курить.
  -  Ты, наверно, растолстел, как  бросил  курить? - спросил Моррисон, и  ему  показалось, что  Джимми  Маккэнн как-то сразу помрачнел.
  - Даже слишком. Но я согнал лишний вес...
  - Рейс двести шесть, - объявил громкоговоритель.
  - Мой, - сказал Маккэнн и поднялся. - Подумай, Дик.
  Он пошел  через толпу к  эскалаторам. Моррисон взял  карточку, задумчиво изучил, спрятал в бумажник и забыл про нее.
  Через месяц  карточка выпала из бумажника  Моррисона на стойку другого бара. Дела на работе шли неважно. Откровенно говоря, дела были  ни к  черту. Моррисон  еще раз  прочел адрес  на карточке - корпорация   находилась   в   двух   кварталах, стоял  солнечный прохладный октябрьский день; может, ради смеха...
  Корпорация  "Бросайте  курить"  помещалась  в  новом здании, в таких домах арендная плата за кабинет, наверно, равнялась годовой зарплате  Моррисона. По  указателю  в  вестибюле  он  понял, что "Бросайте курить" занимает целый этаж, значит, деньги у них есть, причем очень большие.
  Он поднялся на лифте. В элегантной приемной сидела секретарша.
  - Один  мой друг дал мне  эту визитную карточку. Он  вас очень хвалил.
  Она улыбнулась и вставила анкету в пишущую машинку:
  - Ваше имя и фамилия? Адрес? Женаты?
  - Да.
  - Дети есть?
  - Один  ребенок. - Он  подумал об Элвине  и слегка нахмурился.
  Его сын  был умственно отсталым  и жил в  специальном интернате в Нью-Джерси.
  - Кто порекомендовал вам обратиться сюда, мистер Моррисон?
  - Джеймс Маккэнн. Мы с ним вместе учились.
  - Присядьте, пожалуйста. У нас сегодня много народу.
  Он  сел между  женщиной в  строгом голубом  костюме и  молодым человеком в  твидовом пиджаке, достал пачку  сигарет, увидел, что вокруг нет пепельниц и спрятал  сигареты. Если они заставят долго ждать, можно даже будет стряхнуть пепел на их шикарный коричневый ковер. Его вызвали  через пятнадцать  минут вслед  за женщиной в голубом  костюме. Коренастый  мужчина  с   такими  белоснежными волосами, что они  казались париком, любезно пожал  ему руку  и сказал:
  -  Пойдемте со  мной, мистер  Моррисон. Он  повел Моррисона по коридору  мимо  закрытых  дверей, одну  из  которых открыл своим ключом. Комната обставлена  по-спартански: стол  и два  стула. В стене  за  столом, очевидно, проделано  небольшое  окошко, его закрывает короткая зеленая занавеска. На стене слева от Моррисона картина: высокий седой человек с  листком бумаги в руке. Лицо его показалось Моррисону знакомым.
  -  Меня  зовут  Вик  Донатти, -  сказал  коренастый. -  Еслисогласитесь пройти наш курс, я буду заниматься с вами.
  - Рад познакомиться. - Моррисону ужасно хотелось курить.
  - Садитесь.
  Донатти  положил  на  стол  заполненную  машинисткой  анкету и достал из ящика стола новую:
  - Вы действительно хотите бросить курить?
  Моррисон откашлялся, положил ногу на ногу.
  - Да.
  - Подпишите вот эту бумагу. - Он протянул бланк Моррисону. Тот быстро  пробежал  его  глазами: нижеподписавшийся  обязуется  не разглашать методы, и так далее.
  Моррисон нацарапал свою фамилию.
  -  Отлично, -  сказал  Днатти. -  Мы  тут   не  занимаемся пропагандой, мистер Моррисон. Нас не интересует, почему вы хотите бросить курить. Мы люди деловые, никаких лекарств и препаратов не применяем. Не надо садиться на  особую диету. А деньги заплатите, когда год не будете курить. Кстати, как дела у мистера Маккэнна? Все в порядке?
  - Да.
  - Прекрасно. А  сейчас... несколько  личных вопросов, мистер Моррисон. Ответы, естественно, останутся  в тайне. Как зовут вашу жену?
  - Люсинда Моррисон. Девичья фамилия Рэмзи.
  - Вы ее любите?
  - Да, конечно.
  - Вы ссорились с ней? Какое-то время жили врозь?
  - Какое  это имеет отношение  к тому, что  я собираюсь бросить курить?
  - Имеет. Отвечайте на мои вопросы.
  -  Ничего  подобного  не  было. -  Хотя, подумал Моррисон, в последнее время отношения между ними испортились.
  - У вас один ребенок?
  - Да. Его зовут Элвин, он в частной школе.
  - В какой?
  - Этого я вам не скажу, - угрюмо выдавил Моррисон.
  -  Хорошо, -  любезно  согласился  Донатти  и  обезоруживающе улыбнулся. - Завтра  на первом сеансе курса я  отвечу на все ваши вопросы. Сегодня можете курить. С  завтрешнего дня вы не выкурите ни одной сигареты. Это мы вам гарантируем.
  На  следующий день, ровно в  три, Донатти  ждал его, он пожал Моррисону руку и улыбнулся хищной улыбкой.
  - Рад, что вы пришли. Многие перспективные клиенты не приходят после  первого  разговора. Мне  доставит  большое  удовольствие работать с вами. У вас есть сигареты?
  - Да.
  - Давайте их сюда.
  Пожав плечами, Моррисон отдал Донатти пачку. В ней все равно оставалось две или три сигареты.
  Донатти  положил пачку  на стол  и начал  бить по ней кулаком. Удары  громко   отдавались  в  комнате. В  конце  концов   стук прекратился. Донатти взял то, что  осталось от пачки и выбросил в мусорную корзину.
  - Вы  не представляете себе, какое я получаю  удовольствие от этого все три года, что работаю здесь.
  -  В  вестибюле  здания  есть  киоск, где  можно купить любые сигареты, - мягко сказал Моррисон.
  - Совершенно верно. Ваш сын, Элвин Доус Моррисон, находится в Пэтерсоновской школе  для умственно отсталых детей. Он родился с травмой мозга и никогда не станет нормальным. Ваша жена...
  - Как  вы это узнали? - пролаял Мориссон. -  Какое вы имеете право...
  - Мы  многое знаем о  вас, но как  я говорил, все  останется в тайне.
  - Я ухожу, - с трудом сказал Моррисон и поднялся.
  - Посидите еще.
  Моррисон внимательно  посмотрел на Донатти -  тот был спокоен. Казалось, что происходящее  даже  забавляет  его, и  он наблюдал подобные сцены сотни раз.
  - Объясните мне, что это за курс лечения? - спросил Моррисон.
  - Одну минутку. Подойдите, пожалуйста, сюда. - Донатти встал и отодвинул  зеленую   занавеску, которую  Моррисон   заметил  еще накануне. За  прямоугольным окошком - пустая  комната. Правда, на полу кролик ел из миски хлебные шарики.
  - Красивый кролик, - заметил Моррисон.
  - Конечно. Понаблюдайте за ним.
  Донатти нажал  кнопку - кролик  прекратил есть и  запрыгал как сумасшедший. Когда он  касался пола, казалось, его подбрасывало еще выше, шерсть встала дыбом, глаза были дикими.
  - Прекратите! Вы же убьете его током!
  Донатти отпустил кнопку.
  - Ну  что вы, это  очень слабый заряд. Посмотрите на кролика. Если  бить его  током, когда  он ест, животное быстро свяжет эти ощущения: еда -  боль. Тряхнуть  его током  еще несколько  раз - кролик умрет от голода перед миской с едой.
  Тут Моррисона осенило - он пошел к двери.
  - Не надо, большое спасибо.
  Дверь оказалась заперта.
  - Присядьте, мистер Моррисон.
  - Отоприте дверь, или я вызову полицию быстрее, чем вы скажете слово "Курите! "
  - Сядьте. - Это было сказано жутким ледяным тоном.
  Моррисон  посмотрел  на  Донатти, заглянул  в  его  страшные затуманенные  карие  глаза  и  подумал: "Господи, я же заперт в комнате с психом". Никогда в жизни ему так не хотелось курить.
  - Я подробнее расскажу вам о курсе лечения, - сказал Донатти.
  - Вы не понимаете, - возразил Моррисон с деланым спокойствием.
  - Мне не нужен ваш курс.
  - Нет, мистер Моррисон, это  вы не понимаете. У вас уже  нет выбора. Я не  обманул вас, когда сказал, что курс  лечения уже начался. Мне казалось, вы все поняли.
  - Вы сумасшедший?
  - Нет, я деловой человек. Курс лечения...
  - Валяйте, -  бросил Моррисон. - Только поймите: как только я отсюда выйду, я куплю пять пачек  сигарет и выкурю их по дороге в полицию. -  Он  внезапно  заметил, что  грызет  ноготь большого пальца.
  - Как вам будет угодно. Но мне кажется, вы передумаете, когда я вам  все объясню. В первый  месяц наши  люди будут  следить за вами. Вы  заметите некоторых, но  не всех. За  вами будут следить постоянно. Если они увидят, что вы закурили, то сообщат об этом.
  - И меня  привезут сюда, и посадят вместо  кролика. - Моррисон пытался говорить с сарказмом, но неожиданно ощутил дикий страх.
  - Нет, - ответил Доннати. - Вместо кролика посадят вашу жену.
  Моррисон тупо посмотрел на него.
  Донатти улыбнулся.
  - А вы будете смотреть в окошко.
  По  словам  Донатти, корпорацию  "Бросайте  курить"  основал человек, изображенный  на  картине, который чрезвычайно успешно занимался  традиционными   делами  своей  "семьи"   -  игральными автоматами, подпольной  лотереей, торговлей  наркотиками. Морт Минелли по  кличке Трехпалый был заядлым  курильщиком - выкуривал по три пачки  в день. Листок бумаги, который он  держит в руке на картине -  окончательный диагноз врача: рак легких. Морт  умер в 1970  году, передав  все  деньги  "семьи"  корпорации  "Бросайте курить".
  Курс  лечения оказался  до ужаса  прост. Первое  нарушение - и Синди  привозят, как  выразился Донатти, в "крольчатник". Второе нарушение - и  там оказывается сам Моррисон. Третье  - током бьют их  обоих  вместе. Четвертое   влечет  за  собой  более  суровое наказание: в школу к Эльвину придет человек...
  - Представьте  себе, - улыбаясь говорил  Донатти, - как ужасно будет мальчику. Он не поймет никаких  объяснений. До него только дойдет, что его больно бьют  из-за того, что папа плохой. Поймите меня правильно: я уверен, этого не  случится. К сорока процентам наших  клиентов мы  не  применяем  никаких дисциплинарных  мер, и только десять процентов допускают  три нарушения. Пятое нарушение - вас с женой в "крольчатник", вашего сына изобьют во второй раз, а жену в первый.
  Не  понимая, что  он делает, Моррисон бросился  через стол на Донатти. Тот, хотя  и  сидел  в  ленивой, расслабленной  позе, действовал с удивительной быстротой: отодвинулся вместе со стулом назад и ударил Моррисона в живот ногами.
  -  Сядьте, мистер  Моррисон, -  благожелательно сказал  он. - Поговорим как благоразумные люди.
  Когда  Моррисон  отдышался, он  сел  на  стул, как  и просил Донатти.
Существует   десять  градаций   наказаний, объяснял  Донатти. Шестая, седьмая  и восьмая провинность -  сила тока возрастает, а избиения становятся все ужаснее. Когда Моррисон закурит в девятый раз, его сыну сломают обе руки.
  - А в десятый раз? - пересохшими губами спросил Моррисон.
  Донатти печально покачал головой.
  -  В  этом  случае  мы  сдаемся. Вы  войдете  в  два процента клиентов, которых  нам не удалось убедить. - Донатти открыл один из ящиков стола  и достал "Кольт-45" с глушителем. - Но даже эти два процента никогда не закурят. Мы это гарантируем.

  - Что с тобой? - спросила жена.
  - Вроде ничего... я бросил курить.
  - Когда? Пять минут назад? - засмеялась она.
  - С трех часов дня.
  - Прекрасно. Почему ты решил бросить курить?
  - Я должен думать о тебе... и об Элвине.
  Ее глаза расширились - Дик редко говорил о сыне.
  -  Я очень  рада. Даже  если ты  снова закуришь, мы с Элвином благодарны тебе за заботу о нас.
  - Я думаю, что больше курить не буду, -  сказал он и вспомнил глаза Донатти, - затуманенные глаза убийцы.
  Ночью он спал плохо, а  в три часа проснулся окончательно. Ему показалось, что  у  него  жар, так  ему  хотелось  закурить. Он спустился в кабинет, открыл  верхний ящик стола, как завороженный уставился на коробку с сигаретами и облизнул губы.
  Постоянная слежка в течение  первого месяца, сказал Донатти. В течение  последующих  двух  месяцев   за  ним  будут  следить  по восемнадцать  часов  в  сутки. Четвертый  месяц  (именно  тогда большинство  клиентов закуривают)  снова двадцать  четыре часа  в сутки. Затем до конца года по двенадцать часов в сутки. Потом? До коца его жизни слежка будет возобновляться.

  ДО КОНЦА ЖИЗНИ...

  - Мы можем проверять вас через каждый месяц, - сказал Донатти. - Или через  день. Или через  два года организуем  круглосуточную недельную слежку. Вы об этом знать не будете.
  Моррисон проклял себя  за то, что влез в  эту историю, проклял Донатти, а самые страшные проклятия слал Джимми Маккэнну. Подлец, ведь все знал! У Моррисона задрожали руки, так хотелось схватить за горло Джимми Маккэнна.
  Моррисон  взял сигарету. Что это  за шорох  в стенном  шкафу? Конечно, показалось. А если в той комнате окажется Синди?
  Он напряженно  прислушивался, все тихо. Надо  только подойти к стенному шкафу  и распахнуть дверцу. Ему  стало очень страшно при одной мысли, что может там  оказаться. Моррисон лег в постель, но сон еще долго не приходил.
  Сцены из жизни Ричарда Моррисона, октябрь - ноябрь:
  ... Моррисон  встречает  в  баре  "Джек  Дэмпси"  приятеля, тот предлагает ему закурить. Моррисон крепче сжимает в руке стакан.
  - Я бросил.
  Приятель смеется.
  - Больше недели не продержишься.
  ... Моррисон  ждет  утреннюю  электричку, смотрит  на молодого человека в синем костюме. Он видит его здесь почти каждое утро.
  ... Моррисон приезжает  к сыну, привозит ему  в подарок большой мяч, который  пищит, если на  него нажать. Слюнявый  восторженный поцелуй  Элвина почему-то  не  так  противен, как  раньше. Крепко обнимая  сына, он  понимает  то, что  Донатти и компания поняли раньше: любовь сильнее тяги к курению.
   ... И   вот  Моррисон   застревает  в   туннеле, в  гигантской автомобильной пробке. Темно. Рев клаксонов, вонь выхлопных газов, рычание   неподвижных   машин. Внезапно   Моррисон   открывает перчаточный ящик, видит пачку сигарет, достает одну и закуривает. Если  что-то случится, Синди  виновата  сама, дерзко  говорит он себе. Я же ее просил выкинуть все сигареты.
  Первая затяжка - он кашляет как заведенный. От второй начинают слезиться  глаза. Третья  -  у  него  кружится  голова, он готов потерять сознание; жуткая штука, думает он. И сразу без перехода: боже мой, что я делаю?
  Сзади загудели клаксоны. Он гасит сигарету в пепельнице и едет
домой.    - Синди, это я, - позвал он.
  Никто не ответил.
  Зазвонил телефон. Моррисон поспешно схватил трубку:
  - Синди? Ты где?
  -  Здравствуйте, мистер  Моррисон, -  раздался бодрый  деловой голос Донатти. -  Мне кажется, нам надо обсудить  один вопрос. Вы сможете зайти к нам в пять?
  - Моя жена у вас?
  - Да, разумеется, - снисходительно роняет Донатти.
  - Послушайте, отпустите ее, - сбивчиво бормочет Моррисон. Это больше  не повторится. Я затянулся   всего три  раза -  это было ужасно, я не получил никакого удовольствия!
  - Жаль. Значит, я могу рассчитывать, что вы придете в пять?

  - Мистер  Донатти, к вам  пришел мистер Моррисон, - сказала в селектор секретарша и кивнула Моррисону.
  - Проходите.
  Донатти ждал его в коридоре вместе с гориллообразным человеком в майке с надписью "Улыбайтесь" и револьвером в руке.
  - Послушайте, - сказал Моррисон, - мы же можем договориться. Я заплачу вам. Я...
  - Заткнись, - отрезал гориллообразный.
  -  Рад  вас  видеть, -  произнес  Донатти. -  Жаль, что это происходит  при столь  прискорбных обстоятельствах. Пройдемте со мной, будьте любезны. Сделаем  все  быстро. Будьте  спокойны, с вашей женой ничего страшного не произойдет... в этот раз.
  Моррисон напрягся и приготовился броситься на Донатти.
  - Не вздумайте, -  сказал тот  обеспокоенно. -  Если  вы это сделаете, Костолом  изобьет вас рукояткой револьвера, а жену все равно тряхнут током. Какая в этом выгода? Пойдемте.
  Моррисон вошел в комнату  первым. Зеленая занавеска отодвинута - за окошечком, ошеломленно озираясь, сидит на полу Синди.
  - Синди, - жалобным голосом позвал Моррисон. - Они...
  -  Она не  видит и  не слышит  вас, -  объяснил Донатти. - Это зеркальное  стекло. Ладно, давайте  побыстрее  с этим закончим. Провинность  небольшая   -  тридцать  секунд   будет  достаточно.
  - Костолом!
  Одной рукой Костолом нажал кнопку, другой дуло револьвера упер в спину Моррисона.
  В его жизни это были самые долгие тридцать секунд.
  Когда все закончилось, Донатти сказал:
  - Пойдемте со мной. Вам придется кое-что объяснить жене.
  - Как я смогу смотреть ей в глаза? Что я ей скажу?
  - Думаю, вас ожидает сюрприз.
  В комнате, кроме дивана, ничего  не было. На  нем, беспомощно всхлипывая, лежала Синди.
  -  Дик, -  прошептала она. Он обнял  ее. -  В дом пришли двое мужчин. Они завязали  мне глаза, и... и... это было ужасно. Но почему?
  - Из-за меня. Я должен тебе кое-что рассказать, Синди...
  Он закончил рассказ, помолчал и сказал:
  - Я думаю, ты меня ненавидишь.
  -  Нет, Дик. Я не  испытываю к  ненависти. Благослови господь этих людей. Они освободили тебя.
  - Ты серьезно?
  -  Да, -  сказала она  и поцеловала  его. -  Поедем домой. Мне гораздо лучше. Не помню, когда мне было так хорошо.
  Когда  через неделю  зазвонил телефон  и Моррисон  узнал голос Донатти, он сказал:
  - Ваши люди ошиблись. Я даже в руки не брал сигарету.
  -  Мы знаем. Надо обсудить  кое-что. Вы  можете зайти  завтра вечером? Ничего  серьезного, просто  для  отчетности. Кстати, поздравляю с повышением по службе.
  - Откуда вы это знаете?
  - Мы ведем учет, - небрежно бросил Донатти и повесил трубку.
  Когда  они  вошли  в  маленькую  комнату, Донатти обратился к Моррисону.
  - Что вы так нервничаете? Никто вас не укусит. Подойдите сюда.
  Моррисон увидел обычные напольные весы.
  - Послушайте, я немного потолстел, но...
  - Да-да. Это происходит  с семьюдесятью тремя процентами наших клиентов. Пожалуйста, встаньте на весы.
  Моррисон весил семьдесят девять килограммов.
  - Сойдите с весов. Какой у вас рост, мистер Моррисон?
  - Метр семьдесят девять сантиметров.
  - Посмотрим. - Донатти  достал из нагрудного кармана маленькую карточку, закатанную  в прозрачную пластмассу. - Совсем неплохо. Ваш  максимальный   вес  будет... (он   посмотрел  на  карточку) восемьдесят  три  килограмма. Сегодня  первое  декабря, значит, первого числа  каждого месяца жду  вас на взвешивание. Не можете прийти - ничего страшного, если, конечно, заранее позвоните.
  - Что  случится, если я  буду весить больше  восьмидесяти трех килограммов?
  Донатти улыбнулся:
  - Кто-то  из наших людей  придет к вам  в дом и  отрежет вашей жене мизинец  на правой руке. Счастливо, мистер Моррисон, можете выйти через эту дверь.
  Прошло восемь месяцев.
  Моррисон снова встречает своего приятеля в баре "Джек Дэмпси". Моррисон, как гордо говорит Синди, в своей весовой категории - он весит семьдесят  пять килограммов, три  раза в неделю  занимается спортом  и великолепно  выглядит. Приятель  выглядит ужасно, хуже некуда.
  Приятель:
  - Как тебе  удалось бросить курить? Я  курю даже больше своей жены. -  С  этими  словами  он  с  настоящим отвращением тушит в пепельнице сигарету и допивает виски.
  Моррисон  оценивающе  смотрит  на  него, достает из бумажника маленькую белую визитную карточку и кладет ее на стойку.
  - Знаешь, - говорит он, - эти люди изменили мою жизнь.

  Прошел год.
  Моррисон получает по почте счет:

                       К О Р П О Р А Ц И Я
                        "БРОСАЙТЕ КУРИТЬ"
                   237 Ист, Сорок шестая улица.
                  Нью-Йорк, штат Нью-йорк 10017

            Курс лечения             2500 долларов
            Услуги специалиста
            (Виктор Донатти)         2500 долларов
            Электроэнергия           50 центов

            ВСЕГО (просим заплатить) 5000 долларов 50 центов

   -  Сукины  дети! -  взрывается  он. -  Они включили в счет электричество, которым...
   - Заплати, - говорит жена и целует его.

   Прошло еще восемь месяцев.
   Моррисон и Синди случайно встречают в театре Джимми Маккэнна с женой. Они знакомятся. Джимми выглядит так же, как и в аэропорту, если не лучше. Моррисон никогда раньше не встречался с его женой. Она красива, как бывают красивы обыкновенные  женщины, когда они очень и очень счастливы.
  Моррисон пожимает ей руку. У нее странное рукопожатие. Только в середине  второго  действия  Моррисон  понимает, почему у жены Маккэнна на правой руке нет мизинца.


   перевод Л. Володарского


К списку новостей