Супер-раритет: Davidoff Dom Perignon


07.01.2020


«Выкурить ни один из раритетов не удалось - Александр Островский руководит крупным и самым авторитетным в нашей стране издательством, выпускающим литературу по стоматологии, нам ни на минуту не удавалось остаться наедине. 
  Надеюсь, выкурим в другой раз». 
  Так заканчивался мой отчет о встрече с Александром Островским, почетным профессором Второго меда, издателем и коллекционером сигар. Это было в октябре. И вот в начале января, три месяца спустя, этот «другой раз» настал. 
  Мы встретились в офисе Островского вчетвером – сам Александр, два его товарища, практикующих стоматолога – Роман, Георгий – и я. 
  Александр открыл дверь в поварском фартуке – он нас, как оказывается, пригласил не только на сигару, но и на обед, который готовил тут же, на офисной кухне. И как готовил! Не верьте тем, кто говорит, что для настоящей гастрономии нужна сама прежде всего отличная кухня. Прежде всего необходимо мастерство. Почти как в сигаре. На вопрос, что нужно, чтобы сделать отличную сигару, мэтр Вилли Альверо отвечал нам, слушателям сигарной школы: нужны две вещи – отличные табаки и мастерство. 
  Обед получился необыкновенным – и по разнообразию, качеству блюд, и по  застольным разговорам, и по ожиданию того, чем он должен был закончиться – встречей с великой сигарой. 
  Я закурил Davidoff Dom Perignon, кубинский, минимум 35-40-летний. Он был снят с производства в конце 80-х, потому что Зино Давидофф решил уйти с Кубы, продавался до 1991 года и с тех пор - раритет. Особенно релизы, названные в честь великих вин - Chateaux Serie. Dom Perignon входит в супер-семёрку: 
  Chateaux Haut-Brion, 
  Chateaux Lafite, 
  Chateaux Latour, 
  Chateaux Margaux, 
  Chateaux Mouton Rothshild, 
  Chateaux Yquem,
  Dom Perignon. 
  Dom Perignon замкнул эту серию в 1977 году. С тех пор новых Chateaux-форматов не было.
Лично для меня в курении сигар есть два особо занимательных момента – курение молодой сигары, в которой надо угадать будущее, то, что через несколько лет станет явным для многих, постараться понять ее возможности и перспективы («когда садовник садит деревцо, плод наперёд известен садоводу»). И встреча с сигарной осенью, той осенью, которую любил Пушкин, когда в самых тонких и как бы далеких ароматах «природы увяданья» вдруг «мечтания явственно рисуются перед вами», и мы можем тогда прозревать прошлое.
  Такой получился волшебный вечер. 
  Я уточнил отчество Александра Островского: Владимирович. Третий Островский. Первый, Николай Алексеевич, учил нас в школе тому, как закалять свой характер, как жить для идеи. Второй, Александр Николаевич, на котором я едва не похоронил свою кандидатскую диссертацию, открыл для меня русскую драматургию. Третий, Александр Владимирович, вводит в мир исторических сигар. 
  От Александра Островского я выезжал в аэропорт. Александр предложил мне взять еще одну сигару с собой. Я отказался. Пригласит еще раз, тогда и покурим. Вместе. 


   Андрей Лоскутов 


К списку новостей