Словенский рай, часть четвертая


03.06.2019


День 7. Про кота и силос

  Специфический запах накрыл весь курорт.
  О-о-о-о! Я знаю этот запах, мне он хорошо знаком! Это запах прошлогоднего силоса. Вообще, так пахло в деревнях, когда мы ходили по большому кругу, сегодня мы там снова ходили, немного изменив маршрут, теперь мы поднялись на самую высокую отметку округа Шмарьете, на 417 метров. Но теперь так пахнет по всей округе. И это радует, ибо пахнет реальностью!
  Зато погода снова пришла в норму. И ремонт, как на зло, прекратился, утром чуть погремели – вывезли мусор, и снова наступило полное спокойствие. Ничто не может возмутить зеркальную гладь словенского озера. Так спокойно, что даже писать не о чем. Вот разве что про кота Митю? Хорошо, пусть про Митю. В отеле на постоянной основе проживает чёрный кот. У него на лобби своя корзина для спанья, своя лежанка, свои миски для своей еды и свои игрушки. Он приходит и уходит, уходит и приходит, как самый настоящий кот, когда ему это вздумается. Прекрасный кошачий рай. До этого кошачий рай я видел только в Стамбуле. Но там он коллективный, а здесь индивидуальный. Для одного кота. Так я думал. А сегодня оказалось, что Митя не один, их два, причём один Митя привёл другого. У них в округе черный цвет преимущественный для котов.
  И я разволновался, а кто же тогда знает -какой Митя в какой день?
  Что не говори, событие… А нервы уже успокоились. Так успокоились, что уже подумываешь, может создать какую-нибудь «ситуацию»? Просто так… Для интересу. Ну скучно же, скучно!

  День 8. Нет. Не всё гладко в Датском Королевстве!

  Собирались в Ново Место, но не дождались автобуса. Расписание есть, а автобуса нет. Нет… не всё гладко в Датском Королевстве.
  И снова ушли в замок Оточец. И не прогадали.
  Отличная погода, красивые пейзажи, стремительная Крка (хоть что-то здесь стремится), и Замок… В этот раз в закатных лучах в совершенно прозрачной реке мы разглядели какое-то волшебное изобилие рыбы. Разного вида и размера разного. Как в аквариуме. А на берегу узрели рыбака с удочкой. Вдруг захотелось подойти и подколоть, мол, как рыбалка, мужик, ловится? Рыба-то явно зажравшаяся. Но прямо при нас он вдруг начал вываживать рыбу, крупную рыбу, было видно, как сильно изогнулось удилище. И делал он это так спокойно, так не переживая, по-неправдашнему делал, так рыбаки не делают. Рыбаки начинают лихорадочно метаться, суетиться, нервничать… Даже моя Валико вся испереживалась: «Подсачек-то где у него, подсачек?» – шептала она. Но рыбак без всяких там подсачиков, прямо руками из воды достал язя, грамм на восемьсот–килограмм, спокойно присел, – мы с замиранием сердца продолжали следить за ним, – снял язя с крючка и… и бросил рыбину в реку. Нет! Ну вот как они так живут в Словении? Чисто, как в трамвае, плюнуть некуда, и рыбу выпускают… Безобразие какое!
  До глубины души возмущённые ушли в замок пить до отвращения хороший кофе, а потом снова гуляли по острову, пытаясь установить контакт с лебедем. Но лебедь нас игнорировал, у лебедя была весна и несчастная любовь к белой утке. Обалдевшая утка носилась от него по всему озеру, но лебедь не терял надежды на взаимность. Увлёкшись их необычным романом, мы очнулись только тогда, когда другие утки, со свойственной Европе толерантностью, прямо у нас под ногами устроили групповушку, утка при этом так громко крякала, что Валико чуть не кинулась спасать её. Но всё обошлось, они переделали все свои дела и стали весело взапуски гоняться друг за другом. Прекрасный день. Замечательный. Вот только на автобусной остановке обнаружился склад мусора, а на стене нарисованный член. А ещё по дороге в кустах стала встречается бумага и пакеты. И лихачи. Один промчался по деревянному мосту к Замку (по нему и ходят и ездят, причем чуть не в одну сторону, двум машинам не разъехаться). А второй, проигнорировав знаки, на бешенной скорости пронёсся по велосипедному дублёру. И это при том, что за превышение в 10 км в час штраф в 200 евро. А еще, я вспомнил, Йоже рассказывал, если вас лишат прав, то: сначала вы за свой счёт пройдёте медкомиссию, потом вам выпишут, где вы будете проходить переподготовку и сдачу экзаменов, и будет это где-нибудь на другом конце Словении. Я спросил Йоже, а можно ли как-нибудь решить вопрос… ну… ну вы сами понимаете, как. «Можно, – отвечал Йоже, – но это опасно. Полицейский возьмёт, а при случае, если его самого возьмут, сдаст вас.» Неееет, не всё хорошо в Датском Королевстве. И хорошо, что у нас осталось буквально два дня.

  День 9. Месса

  Из любопытства посетил мессу. В Шмарьете замечательный большой храм, только на лавках человек сто разместить можно.
  Вообще церквей в округе много. Как-то встав на холме и оглядевшись, я насчитал более шести церковных шпилей в округе пяти километров (храмы, как правило, стоят на преобладающих высотах и хорошо видны на горизонте).
  Поездку на мессу организовывал отель (за пару евро). Нас шестерых, пять пожилых словенцев и меня, отвезли к храму на микроавтобусе. Приехали рано, храм был ещё пустой, я прям заволновался, неужели так вшестером и помолимся, но уже к десяти сесть было некуда. Семьи, бабушки, дедушки, какие-то официальные лица и около тридцати подростков с учителем.
  Мессу от начала до конца наблюдал впервые. Здорово помогало, что священник (толстый лысый дядька, в белом расшитом подризнике и фиолетовой ризе) служил на словенском. Я даже понял, что читали притчу о блудном сыне (время Великого Поста). Действо совершалось на аналое без алтаря, священнику помогали трое подростков в белых сутанах. Ещё из необычного было замечено, что проповедь священник начал сразу за чтением Евангелия. Вышел с амвона к скамьям и начал диалог с паствой (фактически был монолог). Сильно удивило, что причастие для паствы — только Тело (хлеб), Крови (вина) пастве не дают, Кровью причащается сам священник. А, вообще, в нашем храме круче. И рыкастый дьякон «Мирррром Господу помоооолимся!», какой там орган. И женский хор душевнее «Хосподи помилууууй!» поёт вместо детишек-то. И батюшка (не святой отец, не падре, а батюшка, «какой сегодня батюшка?» «отец Андрей»), и батюшка бородатый и в доску свой. И прихожане, если уж молятся, то коленопреклонённо, ну или, по крайней мере, стоят, как столбы, но не сидят! Сидеть в храме не положено! По нашему пониманию. Греки, хоть и православные, тоже сидят, как-то дьякон Кураев рассказывал, как он сопровождал своего греческого коллегу по московским храмам, и грека сильно удивило, что наши прихожане стоят, а и, собственно, сидеть-то негде, но поудивлявшись вдруг сделал неожиданный вывод: «Если бы наши стояли на молитве, то туркам бы страну не отдали». И такое есть мнение. Тем не менее, словенцы - христиане, и, безусловно, верующие люди. А то я, после Йожи и Ники, сильно переживал. Но Йожи – коммунист, а Ника – интелегентша, а нормальный крестьянин-фермер, он человек простой и верующий.
  Храм мне понравился, и я решил сводить туда Валико, благо по факту ходьбы от отеля до храма было всего-то минут двадцать.
  По дороге подсмотрели какое-то воскресное торжество в местной таверне (вряд ли свадьба, скорее юбилей). Народ чинно восседал за полупустыми столами, но был весел и разгулен, а возле столов вжаривала местная фолк-бэнд. Колорит! А Валико снова поражалась дорогам, кольцевым развязкам и обилию дорожных знаков, прям не сельская дорога, а оживлённый столичный перекрёсток. И снова игрушечные дома с поленницами под крышу (Словения активно использует дровяное отопление, газ дорогой, электричество дорогое, бензин дорогой, а леса много). И погода. И всё цветёт и пахнет. После обеда в виду погоды пошли загорать у открытого бассейна. Но солнце было жёстким и безбашенным, точно в горах, и мы позагорав с часок, пошли отмокать в закрытый бассейн.
  На том и закончили мероприятия выходного дня.
  С пяти были уже в номере, в восемь сходили на ужин, где я наконец-то выпросил себе картошки. Совсем они заморили меня этой цветной капустой. Диета, конечно, диетой, но картошечки… Не словенцы какие-то, а чистые немцы!

  День 10. Предпоследний день

  Предпоследний день, а по факту последний. Окончены процедуры и счета оплачены. Делать нечего, и мы снова ушли в Оточец.
  Снова Крка, снова рыба, утки и лебеди с цаплями, но сегодня всё цвело и зеленело ещё больше. Весна. А весна везде прекрасна, и в Словении и в Горном Бадашхане. А сказать больше нечего, кроме того, что народ в Словении хороший, страна красивая, но больше десяти дней к ряду выдержать этот рай нельзя. Можно сойти с ума.

  Через день после прилёта

  «Палыч! Директор департамента зовёт». «Только вернулся! Дайте хоть почту разгребу!» «Некогда, Палыч, некогда! Бухгалтерия на ушах!» Господи, когда наша бухгалтерия была не на ушах?
  «Палыч! Тебя чего вызывали?» – «Думали, лишать нас премии или нет.» «Охринеть!» «Не то слово!»
  А по телевизору снова про Украину. У них там выборы. И мы почему-то причём.
  А ещё прилетал Эрдоган и что-то сказал для СМИ. И что-то сказал для СМИ Нетаньяху, а потом прилетел к нам. В наше Гадюкино. В серое, промозглое и неласковое. В родное Гадюкино! В такое драйвовое Гадюкино! В такое нужное и интересное всему миру Гадюкино. Несмотря на свою серость и всеобщую нецензурность.
  Я люблю тебя, Россия! Слышишь? Очень люблю! И тебя, Москва, тоже очень!


   Окончание в понедельник, 3 июня (начало 27 мая)


К списку новостей