100 кэмэ на плотах. Экспедиция Тихий Дон-2


13.08.2018


800 км от Москвы, 500 - от Саратова, 400 - от Ростова, и вот мы все – Московский, Ростовский и Саратовский (чуть позже должен подъехать еще Парламентский) сигарные клубы - собрались в Старой Калитве. Это небольшое село, в котором 20 улиц и только одна «политическая» - Советская (остальные - Луговая, Зеленая, Липовая, Березовая, Степная, Садовая, Солнечная…), восемь переулков, 1400 жителей, но главное – Дон. Здесь нас ожидают три плота, на которых мы пойдем вниз по течению почти 100 км. 
  Плот - это сооружение размером 12 метров на 6, в центре сауна, столовая, мангал, а по углам четыре двухместные палатки. Правда, выяснилось, что один из плотов - без сауны, но зато два имеют вторую палубу – солярий, где мы установим дополнительную палатку и тем самым увеличим число участников сплава до 26 человек.
  Инициатор сплавов - Денис Шкуратов, лидер Ростовского сигарного клуба. Это его пятая навигация. В прошлом году присоединился Московский, а в этом – Саратовский сигарные клубы. Денис считается у нас капитаном. Все плоты подчиняются ему. Для связи рации и мегафоны – не телекоммуникационная компания, а переносные устройства для усиления звука (ими, в основном, пользовались дети – Тим, Влад и Богдан, да ростовский Дима развлекался – кричал каждое утро со своего плота, обращаясь ко мне, «Андрей, держи бодрей!»).  
  Старая Калитва – станица Галиёвка: таков наш маршрут. Он проходит по несудоходному руслу Дона, то есть на реке только мы. Мы, бело-зеленые берега (меловые горы) и стремительный Дон.
  Кто не бывал на Дону, будет удивлен силе его течения. Примерно 4 км/час. Это, наверное, в наш автовек не сильно впечатляет, но переведите в метры – почти 60 метров в минуту: прыгнул с плота, вынырнул, а ты уже в полусотне метров от товарищей. Такая скорость течения от того, что он – Дон – здесь, в степной части России, один, и все речушки и ручейки текут только в него. Собирает помалу, но с огромной территории. В общем, очень русская река. 
  Особенно сложный маневр – швартовка: увидели удобное место, нужно не просто точно подойти к нему, но и успеть заякориться. И это нужно повторить несколько раз – у нас ведь флотилия из трех плотов! Чуть зевнёшь, и плот снесло. Порой удобный участок так мал, что удавалось пристроить только два плота, третий тогда швартовался к бортам. Ночуем мы все вместе, а идем порознь, но в прямой видимости. Иногда переплываем друг к другу: туда хорошо, а обратно, против течение, едва-едва. 
  Вечером, уже почти ночью, присоединяется Сергей Катасонов, депутат Госдумы и сопредседатель Парламентского сигарного клуба. 
  - Во сколько подъем завтра? – спрашивает он капитана.
  - Солнце разбудит, - отвечает Денис Шкуратов.
  Около семи солнце уже на небе, полчаса, и палатка так разогревается, что не до сна. 
  Два дня идем против ветра. А ветер примерно как само течение – почти стоим на месте. Если бы не моторы – на каждом плоту слабенький, только для подруливания, пятисильный мотор – стояли бы на месте. Ветру здесь просторно – кругом степи. И он летит на нас горячий, напоенный солнцем и запахами полыни, чабреца. Какая-то другая, необыкновенная жизнь. Словно бы провалился в другую действительность. И в этой действительности просто нужно немного перестроиться –отказаться от комфорта, и вдруг ощутить, что ты можешь быть штурманом, рыбаком, поваром, костровым, дровосеком. Не всё это на пятерку, но можешь же!
  Телефоны возвращали нас к реальной жизни. 
  Звонок из Москвы. Андрей Широков летит в Минск, спрашивает телефон Минского сигарного клуба. Я перезваниваю Алексею Курпасу, президенту Минского сигарного клуба. Он говорит: конечно, примем гостя, это сделают мои коллеги, так как я сам в Калининграде. И спрашивает, в свою уже очередь, контакт Калининградского сигарного клуба. Я перезваниваю калининградцам Оксане Стафиевской и Евгению Гуляеву. Они говорят, что встретят Алексея Курпаса. 
  Вот такая она теперь, сигарная Россия.
  Встаем на ночь под горой, на которой село Дерезовка. Излучина Дона и классический омут – течение в двух направлениях: по левому берегу в одну сторону, а по правому, к которому пристаем, в обратную. Долго тарахтим моторами. Здесь будет первая рыба и первая донская уха. 
  Вода в Дону мутная: правый берег – большая меловая гора, на берегу куски мела, которыми мы рисуем на плотах, а донское дно - не ил, а мел. Пытались нырять в поисках раков, но мел превращает воду в молоко, никакой видимости. 
  На ростовском плоту – ЧП: срезало винт. Пытаемся решить проблему и не удается. Всегда веселый Дима рассказывает анекдот:
  "Жара, степь, танк, у которого срезало гусеницу. И вот солдатики пытаются починить, все грязные, потные. И вдруг – фея, легкая, в прозрачном платьице. «Что, солдатики, ебё**сь?» Они обалдевшие: «Да». «А хотите по настоящему?» Они зачарованно: «Да!» Фея делает ручкой, и у танка отлетает башня." 
  Не дожидаясь чего-то «по-настоящему», мы ставим два плота – ростовский и московский – вместе и дальше до конца маршрута идем в связке. Получается медленно, но сильно веселее.  
  По вечерам, собравшись вместе, обсуждаем сигарные дела – Александр Чурадаев, руководитель Саратовского сигарного клуба и владелец сети сигарных бутиков – говорит об акцизах, о сигарах, о других табачных продуктах (жевательном табаке, который хотят запретить),  много о жизни – о пенсионной реформе, например. Евгений-рыбак (ростовский плот) – за, все остальные - против, включая депутата Сергея Катасонова. 
  Дегустируем гаваны, доминиканы, никарагуанские и русские сигары. Эркин Тузмухамедов представляет крепкий алкоголь.  Поднимаем несколько тостов за Ульяну и маленького Савву, родившегося за день до нашего похода. Поздравляем с днем рождения наших друзей из сигарных клубов – Артура Шиляева (Москва), Катю Роземборскую (Симферополь), Андрея Прошакова (Волгоград). Вроде, и вдали ото всех, и все же – рядом… 
  Когда проходим Нижний Мамон (это выходной день), с пляжа к нам плывут две дамы и дети. Им любопытно – кто мы, откуда. Держась за борт плота, рассказывают о своем поселке, а узнав, что среди нас депутат Госдумы, просят там, в Госдуме, больше внимания уделять не городам, а сельским поселениям. Мы сверху, они в воде, разговор серьезный и содержательный. Грамотные дамы. Побеседовали бы еще, но плоты течением сносит быстро, им надо возвращаться. «А то унесет к вам в Москву, а там и без нас умных хватает, надо ж здесь кому-то работать», – говорит одна из них.  
  Проплываем редкие поселки. Видно, что когда-то здесь была большая жизнь – причальные стенки, насыпные рукава. Все это заброшенное, проржавленное. У Верхнего Мамона – большого села, тысяч  пять жителей – большой мост с двумя арками для прохода серьезных кораблей. Вероятно, такие здесь ходили. Теперь же самое высокое плавсредство – наш двухъярусный плот. 
  Ночью наблюдаем двухчасовое затмение луны. По-детски хочется страшных историй – про заброшенный дом, про кладбище, про гроб на колесиках, про руку из картины, про красное пятно на стене…
  В Галиёвку мы пришли вовремя. Первыми финишировали саратовцы, а потом наша ростовско-московская сцепка.
  На обратном пути в Москву взгляд невольно выделял из пролетающих за окном указателей знакомое – Богатые плоты, Сухие плоты, Большие плоты. Прощайте, плоты!

  Андрей Лоскутов,
  фотовидео 

  p.s. Тихий Дон-3 мы планируем на 24-30 июля 2019-го. Пойдем от Вёшенской до Серафимовича – один из самых красивых донских маршрутов. Но это через год. 

  Экспедиция Тихий Дон-1
  тексты часть перваячасть вторая 
  фоторепортаж 1фоторепортаж 2
  видеоролик


К списку новостей