Один день в Красноярске


20.02.2018


«Постановили: создать Красноярское региональное краевое отделение Российского сигарного союза». Этот протокол вручил мне по дороге из аэропорта Антон Калинин.
  Дорога в Красноярск была длинной. Несколько раз мы подходили к созданию представительства РСС в этом ключевом сибирском регионе («равен трем Франциям»). И с помощью наших партнеров – Барменской ассоциации России, и через Дмитрия Шалимова, который участвовал в оформлении Иркутского отделения РСС. Но закрепиться в Красноярске не удавалось.  До тех пор, пока на одном из заседаний Министерского сигарного клуба Алексей Лавров, руководитель Министерского клуба и замминистра финансов, не сказал коллегам: Российский союз много делает для нас, давайте и мы поможем союзу – возьмем шефство над теми регионами, где у РСС сложности; кто готов помочь с Красноярском? – Беру на себя! – ответил Михаил Котюков, глава Федерального агентства научных организаций, в прошлом министр финансов Красноярского краевого правительства. А  потом пошло, как в сказке про репку: Михаил Котюков дал телефон Дмитрия Мотора в Красноярске, Дмитрий дал телефон Антона Калинина. Антон к этому времени уже побывал в Санкт-Петербурге, встретился там с приятелем, который его сильно обидел: они курили сигары в Casa del Habano, и приятель сказал – видишь, как у нас в Питере, а в Красноярске, наверное, ни одного сигарного места нет. – Будет, - сказал Антон Калинин.
  Говорят – медленно запрягает, да быстро едет. Юрист Антон Калинин и запрягает быстро, и едет быстро (одно из его увлечений, кстати, скорость – мотоциклы, багги, снегоходы, а двухместную машину Антона – желтую приземистую и мощную в 330 лошадей Chevrolet Camaro – знают во всем городе-миллионнике).
  Остается брать билет на самолет Москва-Красноярск и лететь.
  Красноярск производит впечатление. Своей широтой – раскинулся на двух берегах Енисея. Рекой – которая и в морозы (я прилетел в минус двадцать семь) не замерзает. Людьми – обстоятельными и неторопливыми, хотя, казалось бы, в такие морозы надо двигаться как можно быстрее.
  - Это еще не морозы, - говорит Дмитрий Мотора, член местной общественной палаты. – Вот только что за сорок морозы держались.
  Днем, сразу после прилета, Дмитрий Мотора проводит круглый стол, на котором мы обсуждаем проблемы табакокурения и поправку депутата Госдумы Сергея Боярского, разрешающую курение в чистых зонах аэропорта. В дискуссии участвуют депутаты, медики, транспортники, рестораторы, общественные деятели. Один из участников костерит меня, обвиняя во всех бедах. Не дураки и дороги проблема России, а табак. Так у него получается. Мне достается и за табачные компании, и за Боярского, и за все виды курения – первичное, вторичное, в общем, за всё. Но другие говорят спокойно, говорят о том, что надо искать согласие между курильщиками и некурящими. И в полушутку спрашивают – не является ли большей проблемой для мегаполиса воздух, которым они вынуждены дышать? Красноярск расположен в ущелье. И если в аэропорту меня удивляет солнце (в Москве за декабрь было всего шесть солнечных минут), то через сорок километров мы вдруг въезжаем в Красноярск и словно бы окунаемся то ли в облако, то ли в какую-то дымку, и только что слепившее солнце висит безобидное в этой дымке, не ярче луны. Это – заводы, ТЭЦ, котельные и отчасти парящий в морозе Енисей. Как мне говорят, в феврале на два дня эта дымка вдруг исчезла – Путин приезжал в город. Неожиданно заводы перестали дымить. Даже Енисей стал парить меньше. Испугался, наверное. Как в том анекдоте: открывает президент холодильник, а там холодец дрожит. – Не бойся, я за сметаной…
  После круглого стола, поужинав в ресторане, который я бы от московского или любого европейского не отличил, - идем в сигарный клуб.
  Как и город – он большой и основательный. А когда закуривает почти двадцать человек, то появляется и «дымка». Антон Калинин говорит, что лаунж проходит испытание – еще ни разу так много людей не закуривало здесь одновременно. Антон отмечает, что по итогам прокура примет меры к притяжной-вытяжной вентиляции. И, уверен, он сделает это. Как сделал этот лаунж – с большим хьюмидором, большим залом. Единственный в городе. Видно, что Антон гордится тем, что получилось.
  - Что скажешь – на лучший лаунж России мы тянем?
  Мне очень понравился и клуб, и лаунж. Мал пока сигарный выбор. Но сигарные компании, прослышав про единственный сигарный лаунж самого крупного на востоке России города, придут сюда и с сигарами, и с презентациями. И не пожалеют – люди здесь благодарные, видно, что сигары и сигарная культура им интересны.   
  Мы курим Davidoff Nicaragua Robusto Box Pressed (97 баллов в рейтинге Cigar Journal), я представляю свою книгу «Зино Давидофф», говорим о том, как может развиваться клуб. Антон Калинин, уже ориентирующийся в сигарной жизни России (читает Сигарный портал), предлагает сделать свой сибирский фестиваль – на Енисее. И кажется, это не просто фантазии, которые часто возникают, когда люди берутся за что-то новое. Мне кажется, Антону Калинину нравятся такие вызовы – ставить перед собой задачи, которые требуют новых подходов, серьезной работы, больших инвестиций.
  - Откуда у тебя на всё это средства? – спрашиваю Антона.
  - Так у меня ж жена работает, – делает паузу и добавляет, - воспитательницей в детском саду.
  И мы смеемся.
  Я пытаюсь сформулировать для себя, что мне больше всего нравится в Антоне, Дмитрии,  Александре, Артеме, Алексее, Андрее, Игоре, Олеге, Евгении, Георгии,  Павле, Владимире, Татьяне – в тех, с кем я провожу этот единственный мой красноярский день и вечер. Легкость в общении? Доверие, взаимное расположение? Наверное, и то и другое. Но также и ощущение искренности, отсутствии какого-то второго плана: белое – значит белое, спасибо – значит спасибо, а не фигура речи.
  Ильф и Петров утверждали, что во время сильных  морозов  люди  начинают врать, что на сильном московском морозе врут даже кристально честные люди, которым в  нормальных атмосферных условиях и в голову не придет сказать неправду, и чем крепче мороз, тем крепче врут. Но здесь-то, в Сибири, морозы совсем не московские, а вот тебе – даже намека нет…
  …Жалко – один день пролетает быстро. И надо уже выдвигаться в аэропорт. Я выхожу на мороз и – тридцать минут жду автомобиль. Машина опаздывает и опаздывает. Запас времени есть, но настроение портится – так хорошо всё складывалось, и на тебе. Подъехавший водитель говорит – колесо пробил. Я смотрю на его чистые руки, и становится еще неудобнее – зачем врать по пустякам? Уже в аэропорту, выходя из машины, вижу рядом с сиденьем перепачканные перчатки и балонный ключ… Водитель желает хорошего полета и, замешкав, добавляет – приезжайте еще раз, встречу в аэропорту бесплатно.


   Андрей Лоскутов,
   президент Российского сигарного союза

IMG_8114.jpg

IMG_8116.jpg

IMG_8131.jpg

IMG_8135.jpg

IMG_8165.jpg

IMG_8168.jpg

IMG_8170.jpg

IMG_8184.jpg

IMG_8185.jpg

IMG_8188.jpg

IMG_8189.jpg

IMG_8195.jpg

IMG_8218.jpg

К списку новостей